Кабардинсвая сторожка или сторожка на БечасынЪ, каЕЪ говорятъ туземцы, называя такъ всю окрестность, находится на 8000 ф. на Кубанско-Терскомъ водораздЪлЪ, служащемъ границею между двумя народностями: кабардинцами, населяющими бассейнъ Малки, впадающей въ Терекъ, и карачаевцами, живущими на Кубани. Шостроенная вдали, на разетоянми 15—18 веретъ отъ всякаго жилья, она имѣетъ исключительную цѣль дать постоянное лЬтнее помѣщеніе для сторожей и прютъ для охраны пограничной стражи отъ вороветва скота этими горпами другъ у друга; преимущественно же воровствомъ отличаются карачаевцы. Хотя между этими двумя народами есть много сходныхъ чертъ, какъ между веѣми горскими именами Кавказа, по образу жизни, нравамь и обычаямъ, но есть много и отличШ. — Кабардинцы, напр., несомнѣнно имѣютъ за с0б0ою много преимуществъ но своей большей культурноети предъ карачаевцами, что объясняется вполн$ естественно тѣмъ, что земли кабардинцевъ, расположенныя по р$чкамъ МалкЪ, Бансану, Уруху и друг, отъ верховьевь до устьевъ этихъ р®къ, издавна примывали непосредственно къ владѣнямъ русекихьъ, тогда какъ карачаевцы всегда жили въ неприступныхъ ущельяхь Кубани, среди суровыхъ уеловЙ, удаленные за 40—50 верстъ отъ русскихъ владЪн!. Сами себя кабардинцы считаютъ дворянами, & карачаевцевь—бывшими когда-то своими холопами. Одинъ кабардинецъ, присутствовавшй при нашей поѣздк$, при ветр$чВ съ верховымъ, на очень далекомъ еще разетояніи, на вопросъ: кто это Фдетъ, отвѣтилЪ: „карачаевецъ“, что и подтвердилоеь потомЪ.
— Почему же ты узналъ, что это былъ карачаевенъ, а не кабардинецъ, спросили мы.
— Наша смотритъ, какъ онъ на сѣдлѣ сидитъ; наша всегда будетъ угадать, старался пояснить онъ евою примЪту.
ДЪйствительно, посадка на с%длѣ у кабардинцевъ всегда твердая, образцовая, посадка „джигита“, какъ здЪеь говорятъ, какъ и подобаетъь сидЪть дворянину, тогда какъ карачаевець въ сѣдлЪ сидить „по мужицки“, такъ сказать, искривившиеь, сгорбившиеь, вихляясь во время Фзды.