Часть 1

Но я уже мало слушалъ его. Воспоминаня нахлынули на меня цфлымъ роемъ. Я всецфло отдалея имъ и ногрузился въ то недавнее время, къ началу шестидесятыхъ годовъ, когда я былъ здфеь, видЪль и осязаль эти мЪета. Какъ мало общатго, должно быть теперь въ станиц Батуринской и во всей Кубанской области съ тЪмъ, что было здЪеь въ то время? Теперь эту местность прорЪзываютъ дв желфзныя дороги. Воть человфкъ говоритъ, что въ течен1е трехъ лфтъ онъ завелъ 15 молотилокъ, а я гд?то недавно читалъ, что въ Кубанской области паровыхъ молотилокъ было въ 1886 году 272, а въ 1887—-317. Если въ слфдующия два лЪта ихъ прибавлялоеь по 50, то теперь ихъ, значитъ, болфе 400! А давно ли 0 молотилкахъ и желЪзныхъ дорогахъ здфсь никто понят1я не имЪфлъ’.. Но при этомъ мнЪ припомнилось слфдующее обстоятель ство. Въ ет. Архангельской, Кубанекой области, лЪтъ 12 тому назалъ жилъ глубой старикъ, которому было свыше 100 лЪтъ. Когда онъ впервые увидѣлъ жел$знодорожный иоѣздъ на полномъ ходу, то, переврестившиеь, сказалъ: „таки довелоеь мнѣ дожить, когда по’нашей степи про- ОѣжалЪ ожненный конь“. На вопросъ, что это за огненный конь, онъ отвѣчалъ, что въ конц% сороковыхъ годовъ, когда только что заселилаеь Архангельская станпца, жилъ въ ней какой-то человЪкъ, который часто говаривалъ, что „вотъ по этому самому кряжу, гд$ теперь проходить желфзная дорога, долженъ будетъ пробѣжать огненный конь, и его вс будутъ видЪѣть. „Это, значитъ, онъ и есть“, указывалъ старикъ вечеромъ на дымивнийся локомотивъ: „только мы тогда не могли понять о чемъ говорилъ тотъ человЪкъ, и думали объ отненномъ зм1%, что въ сказкахъ приводится. Въ то время по этой степи попадались кое гд$ диве кони“.