ДБлать нечего, приходится надѣяться и ждать, а такъ какъ въ горахъь быстро темнѣетъ, то еще до заката солнца, вы заблаговременно озабочиваетесь о мѣет$ ночлега. Обыкновенно м$сто, у котораго приходится выбирать наибол%е удобную стоянку въ аль ской области Кавказекихъ горъ близь жилья, носить названіе хоша. Это— небольшое болѣе или менѣе ровное пространство въ 200—300 кв. саженей. Въ центрз его находится невысокая илетневая изгородь, окружающая площадь, въ 10-—15 квадр. арш. „джулунъ“, по карачаевевки, на ней помѣщается двухколесная арба съ съ$стными припасами и что-то похожее на шалашеь хозянина. Бее пространство вокругъ коша сильно унавожено скотомъ и лишено растительности. Ежедневно съ закатомъ солнца въ кошу собираются стада различнаго скота. Прежде всего прибѣгаютъ, оглашая воздухъ крикомъ, молодые ягнята и возлята, которыхъ утромъ отлучаютъ отъ дойныхъ матокъ для спокойстня послѣлнихЪ. Остановившиеь на своемъ обычномъ мЪетЪ, въ 10 шагахъ отъ изгороди, стадо мало по малу начинаеть успокаиваться и ложиться на земь. Но проходитъ н%еколько минутъ, вдругъ вея молодежь вскакиваеть на ноги и, неистово крича, обращаетъ свой взглядъ въ ту сторону, откуда въ кошу мчитея въ галопъ стадо матокъ. Чрезъ минуту 0ба стада сталкиваются, перемѣшиваютея и водворяется такой хгамъ, что больш трудно себЪ представить: блеяніе на воевозможные тоны, бѣганье, толкане и взаимное обнюхиваніе матоЕъ и ягнятъ— суета невообразимая! Но, къ удивлентю, все это продолжается не болѣе 8—10 минутъ. Затѣмъ тысячеголовая масса успокаивается, и шумъ какъ-то вдругъ смолкаеть; только отдѣльные, чисто дѣтеке голоса козлятъ, лишившихея почему либо своихъ матокъ, особенно жалобно раздаются въ стад$ до сумерокъ. Позднѣе другихь мирно и спокойно подходить Еъ коту новое стадо, состоящее изъ барановъ (валаховъ), и рогатый скотъ. Т% и друге останавливаются и потомъ укладываются на своихъ постоянныхЪъ мѣетахъ безъ веякаго досмотра со стороны пастуховъ, собравшихся давно уже у костра за оживленной бесѢдой, пока готовится на огнѣ пища. Умныя собаки давно уже заняли свои позищи, образуя сторожевую цѢиь поотдаль отъ скота...
Пока производятся всЪ эти наблюдения, совебмъ темнфетъ, облака, постепенно спускавиияея съ горъ въ низины, окутываютъ густымъ туманомъ кошъ, обдавая васъ сыростью.
Еще минута—и туманъ переходить въ мелый дождь... Бррр!! Вамъ и безъ того холодно, такъ какъ термометръ еще до заката солнца показывалъ всего 5°!...
СдЪлавъ поелѣдня распоряженя относительно утра, мы завутываемся въ м$етную бурку и, убаюкиваемые монотонною туземною иѣенью одного изъ аборигеновъ, сидящихъ долго за полночь у костра, врѣпко засыпаемь съ мыслью о завтрашней погол%.