Было еще темно, когда на берегу Дуная шла нагрузка лодокъ запорожекимъ добромъ; болфе тысячи человЪкъ размфетилось въ 42 большихъ и 50 малыхъ неводныхъ лодкахъ. Гогда зардЪлея востокъ, всЪ эти лодки въ стройномъ порядк$. уже неслись къ Черному морю. Впереди веЪхъ, обитая краснымъ сукномъ и увЪшапная коврами, съ 12 гребцами шла лодка кошевого; на ней развЪвались 2 бунчука и запорожское знамя; здЪсь же помфщалась кошевая казна и всЪ грамоты СЪчи.
Лица всЪхъ казаковъ были серьезны и задумчивы. Съ восходомъ солнца казаки обогнули морское прибрежье и си в
[фрагмент нечитабельный в скане первоиздания]
Прошло три дня. Въ предмЪетьБ Измаила, на одномъ изъ угловь обширной площади, въ домЪ генерала Тучкова помѣщалась ставка Императора Николая Павловича.
Надъ домомъ развЪвался Всеросайсяй Императорский флагъ, и около крыльца стоялъ почетный караулъ. Съ ранняго утра вся площадь была покрыта запорожцами. Впереди вс$хь стояль кошевой Осипь Михайловичъ Гладый; въ рукахь у него была бархатная подушка, на которой лежали булава, грамоты и друмя регали коша: за Гладкимъ стояли куренные атамапы, держащие 3 знамени и 2 бунчука. Запорожцы стояли тихо и робко.
Вдругь часовые у подъфзда и караулъ отдали честь, всЪф засуетились: на крыльцЪ показалась величественная фигура Императора Николая. Запорожцы опустились на колЪни; знамена и бунчуки склонились къ ногамъ Имиератора. Гладкй, стоя на колЪняхъ, подалъ Государю булаву и грамоты, пожалованныя СЪчи султаномъ, и сказалъ:
— „Велиюй Государь! Прости и помилуй Твоихъ заблудшихъ подданныхъ. Прими отъ насъ все, что наше, дай только намъ Твое царское прощене, окажи намъ Твое милосердие! “
„Прости, велиюй Царю!“ сказали остальные запорожцы.
— „Ботъ васъ прощаетьъ, Отчизна прощаетъ и Я прощаю. Я знаю; что вы за люди!“
Несмолкаемое радостное „ура“ покатилось по площади. Шапки полет$ли къ верху. Гладый и куренные атаманы бросились цѣловать руки Царя: запорожцы придвинулись къ крыльцу, падали на землю и цѣловали то мѣсто, гдЪ стояль Государь; мноме плакали. Зрѣлище было очень. трогательное.
Запорожцамъ было обѣщано пожаловать землю на КавказЪ. Въ это время Государь былъ озабоченъ предстоящей.