мБчали стужи, даже когда она доходила до 200. На станщяхъ вездЪ было такъ хорошо натоплено, что скоре мы могли подвергнуться излишнему жару, чѣмъ холоду. Въ это время самыхь короткихъ дней въ году солнце вставало поздно, и черезь 6 или 7 часовъ наступала уже темная ночь. Но для разсѣянйя этого мрака восточная роскошь доставила намъ освЪщене: на небольшихъ разстояняхъ, по обѣимъ сторонамъ дороги горѣли огромные костры изъ сваленныхь въ кучи сосень, елей, березъ, такь что мы Фхали между огней, которые свѣтили ярче дневных» лучей. Такъ величавая властительница сЪвера среди ночнаго мрака изрекала свое: пусть будетъ свѣтъ!
„Мы проъзжали по обширнымъ снѣжнымъ равнинамъ чр:.зъ лса сосенъ и елей, которыхъ в$тви, опушенныя . инеемъ, порою ‘при солнечномь освѣщеши блистали брильянтами и кристаллами. Можно себЪ прелставить— какое необычайное явленйе представляла на эт. мъ снЪжномь морЪ дорога, освЪщенная множествомъ огней, и величественный поѣздь царицы сѣвера со всѣмъ блескомъ самаго великолЪпнаго двора. Въ городахъ и деревняхъ этоть одинок путь покрывался толпами любопытныхь горожанъ и поселянъ: они, не замѣчая стужи, громкими криками привѣтствовали свою государыню.
„Обычный порядокъ, который императрица ввела въ свой образъ жизни, почти не измфнился во время ея путешеств!я. Въ 6 часовъ она вставала и занималась дЪлами съ министрами, потомъ завтракала и принимала насъ. Въ 9 часовь мы отъфзжали и въ 2 останавливались для обЪда; послЪ того снова останавливались въ 7. ВездЪ она находила дворецъ или красивый домъ, приготовленный для нея. Мы ежедневно обБдали съ нею.
Посл н$сколькихъ минуть, посвященныхъ туалету, императрица выходила въ залу, разговаривала, играла съ нами; въ 9 часовъ уходила къ себЪ и занималась до 11] ти. Въ городахъ намъ отводили покойныя квартиры въ домахь зажиточныхь людей. Въ деревняхъ мнЪ при-
Путешествье Екатерины при свт костровъ.
ходилось спать въ о. гдЪ иногда отъ нестерпимой жары нельзя было уснуть“.
Народъ всюду ожидаль Матушку Царицу. „Бъдные поселяне, — продолжаеть Сегюръ, — съ заиндевѣвшими бородами, несмотря на холодъ, толлами’ собирались и окружали маленыюе дворцы, какъ бы волшебной силой воздвигнутые посреди ихъ хижинъ, дворцы, въ которыхъ веселая свита императрицы, сидя за роскошнымъ столомъ и`на покойныхъ широкихъ диванахъ, не замѣчала ни жестокости стужи, ни бѢдности окрестныхъ м$стъ. ВездЪ находили мы теплые покои, отличныя вина, рдюе плоды и изысканныя кушанья.“ Въ городахъ устраивалась иллюминащя; императрица не совсѣмъ была этимъ довольна, и освѣдомившись, чего стоила иллюминашя, „говорила о пустомъ блеск$ и ничего незначущемъ“, какъ записаль ея слова Храповицюій.