„Я пишу вамъ въ кабинет изъ массивнаго серебра, отчеканеннаго съ узоромъ изъ красныхь листьевъ; четыре колонны съ т5мь же узоромъ поддерживаютъ зеркало, служащее балдахиномъ дивану, обитому ярко-зеленой матерей съ серебромъь московскаго издфля; стЪны состоять изъ зеркалъ, которымъ серебряные пилястры съ красными же листьями служатъ рамами. Балконъ выходить въ садъ; дверь образуютъ два зеркала, такъ что она всегда кажется раскрытою, хотя бы была затворена. Этотъ кабинетъ оченьроскошенъ, блестящьъ, веселъ, не обременень тяжелыми украшенями и очень прятенъ. У меня есть другой, на которомъ, какъ на табакеркЪ, соединены бЪлый и голубой ивфть сь бронзою; бЪлое и голубое стекло, а узоръ по нимъ—изъ арабесковъ“.
Такъ писала Екатерина въ одномъ изъ писемъ къ Гримму. Она любила и свой серебряный кабинетъ, и кабинетъ - табакерку. и громадную колоннаду, съ широкимъ видомъ на окружающее море зелени. Любила прогуливаться по извилистымь дорожкамь вдоль озера, окруженная внуками, съ семилЪтнимь Александромъ во главЪ, предществуемая собаками, изъ потомства сэра Томаса Андерсона, подареннаго ей когда то англйскимъ докторомъ, привившимъ ей оспу; собаки носились кругомъ съ веселымь лаемъ и визгомъ, и давали всѣмъ знать, гдЪ находится ихъ хозяйка. „Вы меня здЪсь не легко найд-те послЪ обѣда,— писала Екатерина тому же Гримму:—потому что кромѣ семи комнатъ, украшенныхЪ яшмою, настоящимь и поддѣльнымъ мраморомъ, кромЪ сада, прямо прилегающаго къ моимъ покоямъ, я обладаю громадной колоннадой, которая примыкаетъ къ тому же саду и оканчивается лЪстницей, ведущей прямо къ озеру. И послЪ того ищите меня, если хотите; еслибъ вы когда-нибудь сюда пріВхали, то развЪ только лай Томасовъ укажетъ вамъ путь, по которому я направляюсь, а иногда лепетъ пяти малютокъ (внучатъ), которые прилипаютъ ко инѣ, какъ репьи, и надо мн стряхнуться, чтобъ отогнать ихъ, потому что они никогда бы со мной не разставались“. Иногда раннимъ утромъ садилась она на Камероновой галлереЪ, посреди колоннады, и любовалась открывавшимся передь ней просторомъ,—съ колоннады было видно на сто верстъ кругомъ; или прогуливалась по колоннадЪ, „между бронзовыми бюстами, тамъ стоящими,-Юл Кесарь, Ахиллъ, Цицеронъ, Аполлонъ, Гомеръ и друме, —со временемъ ихъ будеть 82;вы не можете себЪ представить, как я прекрасныя мысли внушаеть подобная компан“...
Спустившись съ колоннады, Екатерина гуляла вдоль озера, и доходила до грота, стоявшаго у берега и глядфвшагося въ воды озера. Этотъ гроть былъ великолЪпенъ. Строиль его еще при ЕлизаветЪ знаменитый
[фрагмент нечитабельный в скане первоиздания]