Прибывъ въ Тулу, Болотовъ нашелъ этотъ городъ вполнЪ готовымъ къ пр!ему императрицы. „Я усп$лъ въ тотъ же день побывать на заводф, видфть все тамъ для императрицы приготовленное, а потомь еще създить въ арсеналъ, и насмотрЪться и тамъ всей пыли, какую старались тогда кинуть въ глаза императрицЪ“. „Вся Тула наполнена была тогда съфхавшимся со всфхьъ сторонъ обоего пола дворянствомъ, и всф, такъ сказать, на цыпочкахъ ходили, дожидаясь съ часу на чась прибытЯ императрицы “....
„Не могу безъ смѣха вспомнить, —продолжаеть Болотовъ,—0 той превеликой сует, въ какой находились всЪ въ се достопамятное утро, и какая скачка поднялась по всей ТулЪ каретъ и колясокь и бЪ$ганйе взадъ и впередъ народа. Вся большая Кіевская улица, отъ самаго въЪзда и сооруженныхь при ономъ великол5пныхъь трумѣальныхъ воротъ —до самаго собора и далѣе до дворца, установилась въ одинъ почти мигъ безчисленнымъ множествомъ народа, и онъ, съ неописанною нетерп$ливосетью, ожидалъь прибы\я государыни и той минуты, въ которую увидитъ онъ свою обладательницу. Соборъ наполнился такъ барынями, что сдѢлалась въ немъ оттого духота совершенная. ВсЪ онѣ одѣты были въ новые свои однорядные или женске мундиры, и всякая изъ нихь старалась получить для себя лучшее и выгоднѣйшее мЪсто лля смотр$ыйя государыни, о которой вс здЪсь навЪѣрное полагали, что она, поравнявшись противъ собора, непремБнно остановится и, выйдетъ изъ кареты, войдетъ въ церковь для поклоненя святымъ иконамъ.
„Въ.семъ положении и стоючи всЪ въ своихъ мѣстахъ, провели мы все тогдашнее прекрасное, св$тлое и тихое льтнее утро. Наконецъ, въ 12 часу громъ пушечной за городомъ пальбы возвЪѣстиль намъ о приближенми къ городу императрицы. Въ мигъ всё—и—-всё, и весь народъ установился въ порядкБ по своимъ м$стамъ и вс, съ неизъяснимымъ вожделЪнемъ, стали дожидаться ея прибытя и глазами искать уже въ дали ея кареты, Ъхавшей за многими другими, проскакавшими мимо насъ впереди. Наконецъ, показалась и она, окруженная множествомъ всадниковъ, скакавшихъ по обЪимъ сторонамъ оной. Самъ намѣстникъ скакалъь подлЪ сей кареты съ боку, верхомъ, и не успла оная поровняться противъ насъ, какъ вс мы отдали ей глубочайний поклонъ. Но самое сіе поклонее и лишило насъь съ толикою нетерпѢливостью ожидаемаго удовольствія ее увидѣть, ибо, вмѣсто того, чтобъ ей противъ нась остановиться, какъ того мы всЪ ожидали, проскакала она мимо насъ такъ скоро, что мы, поднявъ головы свои, увидѣли уже карету ‘ея далеко отъ насъ уже удалившуюся, и посмотрѣли только вслЪдь за оною.