Но прежде, чфмъ склонять русскихъ министровъ къ торговому договору, надо было получить ауленшю у императрицы. Аущенщи этой пришлось нфсколько подождать; когда, наконецъ, ауденщя была назначена, и Сегюръ явился во дворецъ, онъ чуть было не испыталъь неудачи. „По обыкновен!ю, —разсказываеть онъ въ своихъ запискахъ, —я представиль вице канцлеру кошю съ р$чи, которую долженъ былъ произнести. Когда я пр!Бхалъ во дворецъ, въ премной комнат, гдЪ я дожидался, встрЪтилъ меня графъ Кобенцель, австр?йсв&й посланникъ, Его живой, одушевленный разговоръ и важность предметовъ этого разговора заняли мое внимане и развлекли меня совершенно, такъ что, когда мнБ объявили, что императрица готова меня принять, я замѣтилъ, что совершенно позабыль сгою привЪтственную рЪчь. Напрасно я ста- ‚рался всиомнить ее, проходя черезъ рядъ комнатъ, какъ вдругъ отворилась дверь, и я предсталь передъ императрицей“...
Екатерина съ перваго взгляда производила сильное впечатльне. „У нея поистинф царственный видъ, —говорилъь о ней современникь Рюльеръ.— Возвышенное чело, нфсколько откинутая назадъ голова, гордый взглядъ и благородство всей осанки, казалось, возвышали ея не высок ростъ“. ‚У нея были орлиный носъ, прелестный ротъ, голубые глаза и черныя брови, чрезвычайно пр!ятный взглядъ и привлекательная улыбка... БЪлизна и блескь кожи служили ей украшен!емъ, которое она долго сохраняла“, —такъ описываеть ее Сегюръ. Можно себъ представить, какь долженъ былъ смутиться посолъ, забыви!й свою рЪчь, когда передъ нимъ появилась эта Семирамида СЪвера.
„Въ богатой одеждЪ стояла она, облокотясь на колонну, — продолжаеть онь свой разсказъ.—Ея величественный видъ, важность и благородство осанки, гордость ея взгляда, ея нфсколько искусственная поза, все это поразило меня, и я окончательно все позабылъ. Къ счастью, не стараясь напрасно понуждать свою память, я р»шился туть же сочинить рЪчь; но въ ней уже не было ни слова изъ той, которая была сообщена имиератрицф, и на которую она приготовила свой отвЪтъ. Это ее н$сколько удивило, но не помфшало тотчасъ же отвЪтить мн чрезвычайно прив5тливо и ласково и высказать нфсколько словъ, лестныхь для меня лично“.
Принцъ де-Линь, описывая Екатерину, сравниваеть ее съ Королемъ- Солнцемъ: „при вид Людовика ХУ— говоритъ онъ-—всякЙ трепеталь; при вид Екатерины всяк ободрялся“. Сегюру пришлось на себЪ испытать правильность этого сужленй.
Екатерина была очень довольна новымъ посломъ, и писала о немъ въ письмЪ Гримму: „Я не удивляюсь репутащи г. Сегюра,—она мнЪ кажется заслуженной, и нав$рное она лучше всего, что оть васъ когда-либо пр!Ьзжало въ нашу страну“. Черезь н$сколько времени Сегюръ получиль приглашене въ Царское село.
П. ВЪ ЦАРСКОМЪ СЕЛЪ.