Такя прогулки повторялись потомъ, въ степи, когда путешественники двинулись дальше къ Крыму. На одной остановкЪ, вечеромъ, „когда разошлись отъ императрицы, ‚ осифъ П, желая воспользоваться прекрасной ночью, взялъ меня подъ руку и отправился со мною гулять. Мы довольно долго ходили по этой обширной равнинф, гдЪ взоръ не находилъ преградъ. При видЪ нЪсколькихъь верблюдовъ и татарскихъь пастуховъ, бродившихь въ степи, императоръ сказалъь мнЪ: „Какое странное путешеств!е. Кто бы могъ подумать, что я вм$стЪ съ Екатериной П, сь французскимь и англИйскимъ посланниками буду бродить по татарскимъ степямъ. Это совершенно новая страница въ истори.“
— „МнЪ скорѢе кажется, —отв$чалъ Сегюръ,— что это страница изъ тысячи и одной ночи, что меня зовутъ Джаѣаромъ, и что я прогуливаюсь съ халиѣомъь Гарунъ аль Рашидомъ, по обыкновенію своему переодѣтымъ“...
ХУП. ТАВРИДА.
17 мая выѣхавъ изъ Херсона, Екатерина черезъ 2 дня вступила въ Крымъ, названный вновь, какъ въ древнія времена, Тавридой. При самомъ въЪздЪ, явился на встрѣчу отрядъ татарскихъ всадниковъ, богато одѣтыхъ и вооруженныхъ; „монархиня,—разсказываеть Сегюръ, —пожелала, чтобы во время ея пребываня въ Крыму ее охраняли татары, —презиравийе женсюй полъ, враги христанъ, и недавно лишь покоренные ея власти. Этотъ неожиданный опытъ довѣрчивости удался, какъ всяюЙ отважный подвигъ.
„Согласитесь, любезный Сегюръ,—сказалъ мнЪ, смѢясь, де-Линь,—что 12 тысячъ татаръ, которыми мы окружены, могли бы надѣлать тревоги на всю Европу, если бы вздумали вдругь потащить насъ къ берегу, посадить на суда августъьйшую государыню и могущественнаго римскаго императора и увезти ихъ въ Константинополь, къ великому удовольствю его величества Абдулъ Гамета, владыки и повелителя правовѣрныхъ!..“ Къ счастю, эти мысли не пришли на умъ великодушнымъ сынамъ Магомета. “ .
Сама Екатерина писала Гримму, по пр1ЁздЪ въ Бахчисарай, 21 мая: „Вчера, около 6 часовъ, посл обЪда, прибыли сюда вс въ добромъ здрави и самомъ веселомъ расположен духа; во всю дорогу насъ сопрово: ждали татары... Э10 было превосходное зр$лише:—окруженные спереди, съ боковъь и сзади, въ открытой каретЪ, въ которой сидфло 8 человЪкъ, мы въфхали въ Бахчисарай, и вышли прямо въ домъ хановъ; тамъ мы помфщены между минаретами и мечетями, гдЪ кричать, молятся, поютъ и вертятся на одной ножкЪ 5 разъ каждые 24 часа. Мы все это слышимъ изъ своихь оконъ...—-О! Какое странноеявлен!е— наше пребыван!е здЪсь! Кто? ГдЪ?“