Еее тглядностью; по сторонамъ ея кусты и болотцы, а впереди нЪчто вродЪ города—это Адмиралтейская слобода, о которой рЪчь шла выше въ истор!и города. На томъ мЪетЪ, гдЪ когда-то Петромъ Великимъ было устроено адмиралтейство, высится теперь огромный крупчатный заводъ Романова, извЪфстный подъ названемъ Романовской мельницы. Мельница эта вырабатываеть лучшую крупчатку, перемальвая ежедневно около 1500 пудовъ пшеницы, такъ что не безъ основавя она считается одной изъ важнЪфйшихъ на ВолгВ. Рядомъ съ мельницей у берега рёки ВКазанки помфщается весенняя пристань.
Въ настоящее время отъ такъ называемаго Устья, т. е. поселка у настоящей казанской пристани направляется конно-желЪзная дорога, которая, начинаясь отъ Устья, проходитъ черезъь Адмиралтейскую слободу и дамбу въ городъ, и зат мъ направляется по Проломной улицЪ; дЪйстве свое дорога открываетъ въ 6 часовъ утра и кончаетъ его въ9 часовъ вечера. Путь, ею совершаемый, длится на столько долго, что Ъзду на обыкновенномъ извощикЪ можно былобы, пожалуй, предпочесть, хотя она и стоить втрое дороже, если бы не рытвины, даюния себя знать на пути отъ пристани въ городъ.
Адмиралтейская слобода соединяется съ городомъ дамбой до-нельзя изрытой нескончаемыми подводами, тянущимися отъ города кь пристани и обратно. ВлЪво отъ дамбы, у берега рѣки Казанки, на небольшомъ курганЪ, возвышается пирамидальной формы, увЪнчанный крестомъ памятникьъ по убМеннымъ при взяти Казани. Наружность его ‘довольно мрачная, совершенно отвѣчаетъь цѣли служить братской могилой десяткамъ тысячъ православныхъ воиновъ, здѣсь зарытыхъ „ихъ же имена Ты, Господи, вЪеи“.
Памятнивъ павшимт воинамтъ.
Внутри памятника церковь; внизу подземный ходъ; каменная стЪна внутри отдЪляеть могилу убенныхъ, которая обозначается колоссальнымъ тгробомъ. Въ подземелье спускаются при свѣтЪ восковыхъ свЪчей; лЪстница тЪеная и мрачная; воздухъ въ подземельѣ спертый, могильный.
При осмотрЪ памятника импералоромъ Николаемъ Т, строитель его, архимандритъ Тавруилъ, докладывалъ государю, что чЪмъ глубже рыли въ этомъ мЪъотъ землю, тЪмъ больше и больше попадалось костей по вофмъ направленямъ; „от множества костей“, —товорилъ отецъ Гаврилъ,—„нельзя сдфиать надлежащато фундамента для каменнаго помоста церкви“. Поэтому тЪ сотни череповъ, которые виднЪютея подъ приподнятой крышкой громаднаго гроба, есть ничтожная частица всего погребеннаго въ этой братской могилЪ. Кости и черепа раскинуты на большое пространство по всей болотистой равнинЪ, окружающей памятникъ.