Съ востока эта горная масса отдфляется отъ сосфднихъ холмовъ глубокимъ ущельемъ, называемымъ „Вегулевской трубой“. Еще ниже, по теченшо Волги, туриста поразитъ долина, извъстная подъ именемъ „Морквашинскаго буерака“; здЪеь, въ уютной низинЪ, прпотилея старинный поселокъ Моркваши, а съ двухъ сторонъ близъ него высятся цѣии возвьиненностей, изъ которыхъ одна—обрывистая—отличается чрезвычайно свособразными очерташями. Между Жегулевской трубой и Морквашинскимъ буеракомъ, на утесистомъ берегу, вздымаются вверхъ нЪѢеколько отдѣльныхъ веригинъ; изъ нихъ отмЪгимъ „ДѣвичіИ курганъ“ и „Два брата“; каждая изъ нихъ возвышается надъ уровнемь Волги на сто слишкомъ саженъ. ДалЪе, близъ Морквашей, поднимается отдѣльнымь утесомъ помянутая уже возвышенность, щеголяющая оригинальными очертанями: это—отдЗльный утесъ, называемый „Лысою горою“; вершина его, нависшая надъ Волгою обрывомъ, лежитъ на 125 саженъ высоты надъ уровнемъ рЪки. Существуетъь предане, что на Лысую гору всходилъ Петръ Веливй, который и надписалъ тамъ на камнЪ „1790 г.“ Надписи этой теперь нѣтъ и слЪѣда, такъ накъ туристы поодбивали ее по кусочкамъ и расталцили на память.
За Лысой горой на востокъ, до самаго „Ширяева буерака“ тянется почти необитаемый утесистый берегъ, тамъ и сямъ прорЪзанный глубокими ущельями. А
ДБвья гора.
еще далЪе, уже напротивь „Царева кургана“, лежалцаго ниже, и о которомъ рЪчь будеть въ конц настоящей главы, Жегули поворачиваютъ на югъ и затЪмъ на запад.
Жизни въ горахъ сравнительно мало; на всемъ 90-веретномъ протяжени имѣются како-нибудь четыре-пять поселковъ, которые, конечно, не въ состояли оживить величественную и нЪѣсколько суровую красоту Жегулей. Да въ сущности и селиться то здЪеь было бы не легко: горы такъ круто обрываются къ Волг, что только коегдЪ выдается внизу узкая береговая полоса, да и та, разумЪется, заливается въ половодье водой. На западной сторонЪ луки протекаетъ рѣчка Уса; у села Переволоки она очень близко подходить къ ВолгЪ, отъ которой отдѣляется всего трехверстнымъ пространствомъ; въ этомъ то мЪетѣ, во время оно, разбойники переволакивали свои ладьи съ Волги на Усу (отсюда назваше села), а на противоположномъ концЪ луки снова спускали ихъ въ Волгу; такимъ образомъ Самара оставалась въ сторон%, но купечесшя суда, благополучно миновавиия Переволоку и Самару, подвергались неожиданному нападению разбойниковъ уже близъ Ставрополя.