— 238 которымъ слѣдуетъ итти въ ЭТихЪ размышленяхъ. Съ тЬхъ поръ, какъ такой путь былъ предложенъ, а у людей 17 столЬмя все боле и болѣе укрзплялась мысль о значеши разума, исчезала супраналуралистическая точка зрѣнтя въ вопросахъ, не касающихся религш. Въ вопросахъ же, такъ или иначе, соприкасавшихся съ релимей, напр., въ вопросахъ о поведени человЪка, мы замѣчаемь у цЪлаго ряда мыслителей, разсуждавшихъ о сущности морали, стремлеше не только отграничить въ своихъ изслЪдованяхъ область сверхестественнаго, но и, что главное, найти основатя нравственности вЪ самомъ индивид и показать, что субстанщей нравственности является сама человѣческая личность и ея природныя свойства. И цѣлый рядъ писателей, занимавшихся этикой въ этомъ смысл, дЪлаетъ тоже, что дѣлають учителя остественнаго права, начиная съ Грощя т. е. ищуть въ человЪ ческой природЪ такое свойство, которое ш аЪзтасю можно было бы сдѣлать постулатомъ этики.
Если пнливидуальный разумъ Декарта бросилъ вызовъ вЪковому разуму формальной схоластической наукЪ, если Декарть аппеллировалъ къ естественной мощи разсудка и вЪръ противопоставиль философское сомнѣне, то не находимъ ли мы такой же аппелляши у теоретиковъ зарождающейся морали въ новое время. Они также бросили вызовъ традищюональной, гетерономной этикѣ средневѣковья.
У однихъ обосновано, у другихъ въ качествЪ постулата, вездЪ проглядываетъь одинаковая мысль 0 природЪ самого человЪка, какъ источникВ нравственныхъ пормъ. Эта природа является отнынЪ фундаментомъ новыхъ этическихь построенай, въ основ которыхъ лежать свойства и способности человфческой личности, ея отношене къ другимъ и всякое средостьше устраняется съ большей или меньшей рЪшимостью. Но такова уже сила переживашя, что у названныхъ моралистовъ наряду со ссылками на естественнаго человфка все еще находимъ старые схоластичесве термины и понятя. Новое вино и по необходимости, вливалось пока въ старые мЪха, которые однако разрушались силою брожен1я и оть своей ветхости.
Но съ тБхъ поръ, какъ основой новаго этическаго нормопониманія явилась природа человВка, не могло нее измѣниться и воззрѣве на основу политическаго порядка и его объяснеше. Политическіе философы также сосредоточили свое внимане на естественныхъ свойствахъ человѣка прежде, чЪмъ онъ сдѣлался гражданиномъ. И, быть можеть, не случайно то обстоятельство, что ремонстрантъ Гуго Грошй,—упоминавиийся нами въ началь этой главы, среди голландскихъ моралистовъ, —явился отцомъ доктрины естественнаго права. А эта доктрина окончательно перенесла центръ тяжести философли права новаго времени съ почвы средневЪковаго теократизма и античнаго этатизма на почву политическаго индивидуализма.
ЗА, уроку Е:
1. ГЛАВА У
(ХМ столЬтге).