Такимъ образомъ, самь Руссо, при урѣшенши мастерски поставленной проблемы политическаго индивидуализма своимъ отвѣтомъ указаль на необычайную трудность и сложность ея рѣшеня. Въ своемъ рёшешш Руссо сдЪлаль синтезъ элементовъ, правда, извѣстныхъ задолго до него, — но синтезъ, возбуждаю- ЩИ сомнѣне въ возможности сохранить естественную свободу. Не безъ грусти признается въ этомъ и самъ авторъ. Но какъ истый ращоналисть онъ полагаеть, что поставленную задачу лучше выполняють его идеи и ихъ конструкшя, въ которой онъ представилъь «ип соцуегпешепте рагай» чѣмъ жизнь. И не его вина, что люлямЪ «еопуегпетеп 51 рагЁа\ пе сопулеп раз».
ще ранѣе Руссо, политическая теорля, какъ мы видѣли, представила образцы иного рѣшенія той же проблемы у Локка, до него—-Спинозы. Смыслъ ихъ рёшеня: естественный индивидъ, вступая въ политическое общество, не можеть, по самой человѣческой природѣ, отчуждать всѣхъ своихъ правъ ').
Если полное отречеше правъ немыслимо, оно можетъ быть частичнымъ. Замфчательно, что самъ Руссо охотно признаваль: «то, оть чего каждый отрекается—есть лишь часть необходимаго для общественнаго быт!я».
Тфмь не менфе онъ усматривалъ опасность оставленя индивиду даже части естественныхъ правъ. По его мнЪнию,
1) Руссо говорить, что дЪйствительнаго отречен!я отъ своихъ правъ въ договор не происходитъ, но что положеше индивидовъ, въ силу него, становится лучшимъ, чВмъ прежде. (См. ниже).
[фрагмент нечитабельный в скане первоиздания]