Когда идея независимости и самостоятельности личности окрёила и проявились ея притязашя на самоопредвлеше въ релиши, въ этикЪ, когда подъ влявемъ индивидуалистическаго напора пошатнулось многовѣковое здавше католической церкви, абсолютизмь духовной власти былъ подорванъ, когда, затЪмъ, абсолютизмъь государственной власти еще болѣе усилился и сталь полнымъ опекуномъ надъ индивидомъ,—то надо было спаять воедино всЪ накопленные предшествующей философлей индивилуалистичесе элементы, чтобы дать дѣйствительный отпоръ и этому абсолютизму. Необходимость такого отпора обусловливалась развитемъ личности, переставшей мириться съ гнетущими условями политическаго деспотизма, воздвигавшемъ препоны дальнѣйшему раскрытию ея самосознатя.
И не случайнымъ является то обстоятельство, что концентращя идей политическаго индивидуализма, накоплявшихся вѣками, произведенная индепендентами— левеллерами въ Англии, носила релитюзную окраску. Мы уже говорили, что религіозная литература, возникшая ВЪ схоластической обработЕЪ, оставалась еще, нЪѣкоторое время, фономъ всѣхъ сошальнополитическихь разсужденй. КромЪ того, съ нею быль тѣено связанъ вёковой политичесый вопросъ о спорЪ двухъ властей — значене котораго для индивидуализма мы старались выяснить въ первой части,—а съ этимъ вопросомъ въ органической связи находился и вопросъ объ индивидуаленой свобод вѣры и культа, первое звено развернувшейся впослѣдетви цѣпи индивидуальныхь правт.
Воть почему на долю упомянутых выше, англйскихь сектантовъ выпало усвоене добытыхъ элементовъ политическаго индивидуализма и попытка частичной ихъ реализащи, съ помощью своего религюознаго жизнепонимашя и настроен1я.
помине Ч
Именно они попытались конструировать политическую форму сожительства по образу принятой ими конгрегашональной формЪ религюзнаго общеня. Въ основЪ послЪдней, какъ извѣстно, лежало сотлашеве’ автономныхъ личностей, обладающихъ неограниченнымъь правомъ свободы религіознаго самоопред$лешя. Въ прототип этого права они предвосхитили вообще поняте объ индивидуальномъ правѣ. Въ прототинЪ же соглашеня они предвосхитили индивидуалистическую договорную теоршо государства.
Но и въ томъ, и въ другомъ случаяхъ, проникнутые этико-религозными соображенями, проглядывавшими даже у тЪхь изъ нихъ, кто, въ род Вильямса тяготѣлъ болѣе къ политик$, они не дали своему политическому ученшо философско-правовыхъ обоснованй. И самая идея естественныхъ, неотчуждаемыхъь правъ была примѣнена ими инстинктивно, такъ сказать явочнымъ порядкомъ.